|
Принцип второго элемента гласит, что основное решение любой проблемы заключено не в самой проблеме, а выявляется, когда в ситуацию вводится второй, противоположный этой проблеме элемент.
Человеческий разум так устроен, что стремится иметь под ногами твердую почву, лишенную неоднозначности. Так и хочется разгромить в пух и прах одну теорию, и возвести на пьедестал другую, чем собственно и занимаются ученые на протяжении тысячелетий. После каждого сражения за истину, на поле битвы остается не поверженным только один факт: любая теория представляет лишь отдельный аспект проявления многогранной реальности.
Философия есть у каждого, даже у того, кто не знает этого слова.
Очевидное – это то, чего никто не видит, пока кто-нибудь не выразит его наипростейшим способом.
На каждого президента находится свой киллер. На каждого пророка - тысяча толкователей, что извратят суть религии, заменят светлый огонь жаром инквизиторских костров. Каждая книга когда-нибудь полетит в огонь, из симфонии сделают шлягер и станут играть по кабакам. Под любую гадость подведут прочный философский базис.
Полет идей - такая же реальность, как ветер, как полет птицы.
В чем суть цветка? И можно ли добраться до нее, обрывая лепестки, один за другим?..
Сегодня я вижу много людей, старающихся изо всех сил, усердно работающих просто потому, что они цепляются за старые идеи. Они хотят, чтобы все было, как и раньше, они сопротивляются переменам. Я знаю людей, потерявших работу или свои дома, и они проклинают технический прогресс, экономику или своего босса. Грустно об этом говорить, но эти люди так и не осознали, что проблема-то вся в них самих. Старые идеи тянут их на дно. Старые идеи – их самый большой пассив. Пассив потому, что эти старые идеи – вчерашний день.
Идеи гремят на весь мир громче пушек. Мысли могущественнее армий. Принципы одержали больше побед, чем конница и колесницы.
Задача философии не успокаивать, а смущать людей.
Трудно придумывать идеи и легко придумывать фразы; этим объясняется успех философов.
Таково мое мнение, и я его разделяю.
Существует два способа легко скользить по жизни: верить всему и сомневаться во всем. Оба они избавляют нас от необходимости мыслить.
"Умереть за идею" — звучит неплохо, но почему бы не дать идее умереть вместо вас?
Если к двадцати годам вы не идеалист — у вас нет сердца, а если к тридцати вы все еще идеалист — у вас нет головы.
Больше всего вознаграждается критический пересмотр тех идей, которые дольше всего считались бесспорными.
Если за последние несколько лет вы не отказались от какого-нибудь из своих основных убеждений или не обрели новое, проверьте свой пульс. Возможно, вы мертвы.
Всякая идея, будь то идея религиозная или философская, стремится увековечить себя; иначе говоря, всколыхнув одно поколение, она хочет всколыхнуть и другие и оставить по себе след. |
